Рождение ДСП
Технология изготовления древесно-стружечных плит (сокращенно - ДСП) возникла сотню лет назад. Она берет начало в 1918 году. Именно тогда бережливым немецким инженерам пришла в голову мысли сэкономить на дереве. Вместо простой, но дорогой доски использовать столярный бутерброд. По бокам - тонкий отделочный шпон, а в середине - склеенные опилки и щепки.
Правда, пока это была лишь идея. Только в середине тридцатых технологию запатентовали, а в 1941 году в немецком Бремене построили первый завод по производству ДСП.
Для Советского Союза все это было тогда не актуально. Фантастическое изобилие лесов, а также бесплатная рабочая сила на лесоповалах обеспечивала граждан добротной еловой, сосновой, дубовой, ореховой и прочей мебелью. Но в пятидесятые социальный проект под названием ГУЛАГ начал активно сворачиваться, возникли разговоры про экологию, и стало понятно: от ДСП не уйти.
Первые заводские конвейеры закупили в Британии. В качестве материала использовали березу и ель - два популярнейших символа русской природы. Химия - по минимуму, в качестве отвердителя использовали лимонную кислоту. А качество вышло высоким - пятую часть всей продукции продавали на экспорт, в Канаду.
Наряду с Международным фестивалем
Это знаковое событие - начало производства ДСП в СССР произошло в 1957 году и встало в один ряд с VI Международным фестивалем молодежи и студентов, запуском первого искусственного спутника Земли и спуском на воду первого судна на подводных крыльях "Ракета".
Впрочем, и до этого в нашей стране практиковалось некое подобие древесно-стружечных технологий. Делали, в частности, двери из стружек и клея. Но все это были единичные случаи.
А в 1962 году вступил к серийному производству первый специализированный завод по производству плит из новомодного материала. Место для него выбрали неподалеку от Москвы, в Новоподрезкове, на месте бывшего поселка метростроевцев. Уже в пятидесятые там оборудовали так называемый Комбинат подсобных предприятий, на котором выпускали всякую несложную "столярку" - оконные рамы, наличники, плинтусы.
С тех пор Новоподрезково носит почетный статус родины отечественного ДСП, а в мебельных магазинах меняется запах. Там уже пахнет не деревом, а клеем и смолой.
Примитивные же деревянные столы и стулья на глазах превращаются в элитные, уступив эконом-нишу своим товарищам из ДСП.
На московском экспериментальном заводе древесностружечных плит и деталей, как он официально назывался, не только производили ДСП, но и разрабатывали новые технологии. Инженерам было куда приложить свои мозги - все только начиналось. Шпон с годами становился тоньше, клей крепче, а себестоимость ниже. Вводились новые мощности.
Модный материал
Шли десятилетия. Из ДСП стали делать не только шкафы и кровати, но также вертолетные винты, детали эскалаторов и даже сейфы. Они были легче предшественников, дешевле и, как ни странно, во многом надежнее. Например, не ржавели.
Древесно-стружечные плиты вошли в моду, сама же аббревиатура ДСП стала такой же расхожей как КПСС или ГУМ. Парадокс состоял в том, что у нее было (да и есть) еще одно, гораздо менее распространенное значение - "для служебного пользования". Это так называемый гриф секретности, обозначающий, кто именно имеет доступ к документу.
Борис Стругацкий, например, писал в романе "Поиск предназначения, или Двадцать седьмая теорема этики": "Материалы - вот... - он выложил на скатерть папку средней толщины. - Я, пожалуй, и магнитофон вам оставлю, хотите? Но все это - ДСП. Предупреждаю заранее".
А непосвященный читатель ломал себе голову - при чем здесь древесно-стружечные плиты?
На рубеже тысячелетий на заводе было занято около полутора тысяч человек. А потом дело пошло на спад. Пришли проблемы экономического свойства. Да и сам материал начал морально устаревать. Его даже признали вредным - из-за формальдегида, который со временем начинает выделять смола.
И сегодня помещения легендарного завода, бывшего совсем недавно на передовой мебельных технологий, сдаются под склады, торговлю и офисы.