Архивы 0-1917 - Страница 90 из 112

Своенравный собиратель

В Москве, в Большим Знаменским переулке стоит симпатичный двухэтажный желтый дом-дворец. Он был выстроен еще во времена Екатерины для московского обер-прокурора Василия Хованского. Далее он переходил из рук в руки, до тех пор, пока в 1882 году не был приобретен у вдовы предводителя московского дворянства князя Николая Трубецкого купцом Иваном Щукиным. Ситуация была особенно пикантна тем, что Трубецкой при жизни ратовал за сохранение сословий и никак не допустил бы такой сделки. Но, к сожалению, вдовушка довольно быстро промотала весь фамильный капитал, и изящный дворянский дворец перешел к "бороде". И в скором времени к дворцу были пристроены складские помещения - для хранения мануфактурных товаров.

А в 1889 году здесь поселился сын Ивана Васильевича коллекционер Сергей Щукин. Андрей Белый называл его Мавром и вспоминал о нем в таких словах: ""Мавр" - твердеющий, чернобородый, но седоволосый, напучивший губы кровавые, Щукин: с виду любезен, на первый взгляд - не глуп, разговорчив; в общении даже прост, даже... афористичен:

Гоголь первый и Гоголь второй

Вышло так, что в городе Москве имеется два памятника Гоголю. То есть, наверное их много больше - особенно, если считать мемориальные доски и бюсты, установленные в школах, библиотеках и так далее. Однако же два памятника - главных - расположены по обеим сторонам Арбатской площади. Один из них - первый, работы Андреева - находится во дворе библиотеки имени Николая Васильевича, на Никитском бульваре. Второй - работы Томского - на противоположном бульваре, собственно на Гоголевском.

Именно он самый известный среди москвичей. Впрочем, начать имеет смысл с другого.

Дом злодейки Тургеневой

Внешне ничем почти не примечательный дом 37 по улице Остоженке в действительности – достопримечательность в весьма высоком ранге. Он любопытен даже в наши дни. Здесь, например, привешены две небольшие мемориальные доски. И обе говорят о том, что в этом жил Иван Сергеевич Тургенев. Правда, на левой значится, что он тут проживал с 1839 по 1951 годы, зато на правой - с 1941 по 1951 годы. Правильная – правая.

Тот же, кто интересуется историей Москвы, возможно, знает, что именно в этом доме проходило действие самой известной повести Тургенева – "Муму". Той, о которой даже иностранец Голсуорси написал: "никогда не было в области искусства более потрясающего протеста против жестокой тирании". Той, которую Иван Сергеевич сочинил будучи заключенным – он опубликовал в обход цензуры вроде бы крамольную статью о Гоголе и угодил за это в арестантскую Второй Адмиралтейской части города Санкт-Петербурга. Срок заключения, по современным меркам, невелик – всего лишь месяц. Однако же для повести хватило.

Антрепренер и меценат

Мы помним великих актеров, режиссеров, драматургов. Даже некоторых театральных художников помним. А эти два столпа, на которых, собственно, и опиралась дореволюционная театральная жизнь, оказались незаслуженно забыты.

Одно время в театральном мире был популярен анекдот.

Приходит в провинциальный театр столичный актер - устраиваться в труппу. Важный вид, золотые часы на цепочке, солидный животик, обтянутый модным жилетом. Заходит в кабинет к антрепренеру. И говорит громким, густым басом, буквально чеканя каждое слово:

Кропоткин

Старая российская традиция - торжественная встреча на вокзале русской знаменитости, возвращающейся после долгой эмиграции. Так встречали Горького, так встречали Бальмонта - так многих встречали.

В этом ряду оказался и Петр Кропоткин - летом 1917 года он прибыл в Россию после сорокалетней эмиграции. На Финляндском вокзале тогдашней столицы собралось около 60 тысяч человек. И среди них - первые лица нового, временного правительства - Александр Керенский и Павел Милюков.

Педагог Марина Цветаева

Поэтесса Марина Цветаева никогда не занималась профессиональной педагогической деятельностью. Но личностью она была незаурядной, и притом во всем. С чем бы ни соприкоснулась Марина Ивановна, ко всему она относилась творчески и самобытно. Ничего не делала "как все".

Это касалось, разумеется, и воспитания детей. Точнее, одного ребенка - старшей, Ариадны Эфрон, 1912 года рождения. Вторую девочку, Ирину, родившуюся в 1917 году, поэтессе пришлось сдать в приют - денег на то, чтобы прокормить двоих у нее не было - где она скончалась в возрасте двух лет. Третий ребенок - сын Георгий - родился в 1925 году, и этот пример тоже не показателен. Во-первых, он по тем временам считался поздним ребенком - Марине Ивановне было тридцать два - а, во-вторых, Цветаева испытывала страшное чувство вины перед Ириной. В результате она обожала сына безрассудно, тот беззастенчиво этим пользовался, рос избалованным и капризным. Георгий погиб на войне, не дожив до двадцатилетнего возраста.

В Москве в Дрездене

На Тверской, на углу со Столешниковым переулком находилась гостиница "Дрезден". До революции вообще считалось модным называть гостиницы в честь заграничных городов.

"Панауров остановился в Москве в Дрездене," - писал в своих черновиках Антон Павлович Чехов. Чехову это казалось смешным.

Богоугодное кино

Дом № 6 по Тверской улице ничем особенным не примечателен. Мрачноватая "сталинская" постройка, каковых в Москве без счета. Конторы, магазины, общепит.

За ним же расположено Саввинское подворье. Его можно обнаружить, только войдя в арку "сталинского" дома. Это красноватое строение, сделанное в стиле "русский теремок". Правда, подлинные теремки были гораздо ниже, и традиционные для них кокошники и гиречки не слишком-то смотрятся на этой кирпичной громаде. Однако архитектора можно простить - когда в начале прошлого столетия господин Кузнецов корпел над чертежами этого подворья, мордвиновского дома еще не было, сама Тверская состояла из домов не слишком-то высоких, и постройка признана была несколько оживить и опарадить главную улицу Москвы. Но в 1938 году, когда Тверскую полностью реконструировали, подворье передвинули на 50 метров вглубь квартала.

Прошлое русского меда

Мед - одна из основ русской гастрономии. Само это слово явилось к нам из индоевропейских языков. Оно обозначает и сам мед, и слабоалкогольный напиток из меда. Этот напиток также называют медовухой.

Мед - пища древнейшая. Еще царь Соломон говорил: "Ешь мед, сын мой, потому что он приятен".

Но именно в России это лакомство приобрело особое значение. А пчела часто встречается на гербах русских городов.

Последний приют Левитана

Дом Морозовых (Большой Трехсвятительский переулок, 1) построен в 1860-е годы по проекту архитектора Г. Черника. История этого дома потрясающе богата на события. Впрочем, скорее, не дома, а землевладения. А может быть, даже и дома - ведь в середине позапрошлого столетия дом не строили с нуля - использовали сохранившиеся стены там, где это виделось рациональным.

Сначала эта симпатичная московская недвижимость принадлежала молдаванским господарям Кантемирам. После Кантемиров здесь обосновалась бригадирша Д. Лопухина, которая при своем доме основала частное, весьма престижное училище. В частности, в нем обучался А. И. Дельвиг, двоюродный брат стихотворца Антона Антоновича. Затем строение приобрел винный откупщик В. Кокарев. Кокарев произвел здесь смелые, однако, незамысловатые ремонтные работы и открыл гостиницу. Москвичи же терялись в оценках - дескать, дом новым владельцем был "куплен в развалинах, возобновлен самым безобразно-роскошным образом. Постояльцы здесь, однако же, селилсь, а значит, здание полностью устраивало нового хозяина.

Пн	Вт	Ср	Чт	Пт	Сб	Вс
1	2	3	4	5	6	7
8	9	10	11	12	13	14
15	16	17	18	19	20	21
22	23	24	25	26	27	28
29	30