Мой покойный дядя был большой любитель алкоголя. Со временем это увлечение отразилось на его внешности - покраснел нос. Тогда дядя начал всем рассказывать, что отморозил его в юности. А еще он говорил: "Не стыдись ты красного носа своего, он ведь с нашим знаменем цвета одного".
Затем он начал забывать, кому когда что говорил. Мог одну и ту же историю рассказывать по два, по три раза. Но и здесь нашел выход.
Читать далее Дядя-3Отец космонавтики Константин Эдуардович Циолковский затворил дверь за последней воспитанницей и выдохнул: "Уф-ф!". Он преподавал физику и математику в женском епархиальном училище, и бойкие девицы его откровенно фраппировали. Эти резвушки постоянно задавали Константину Эдуардовичу всякие каверзные вопросы. Сегодня, например, одна спросила, почему ежи колючие, кошки пушистые, а люди вообще безо всего. Отец космонавтики принялся отвечать, как обычно, увлекся, перешел к теоретическим предпосылкам полетов цельнометаллических дирижаблей - а им только того и нужно, лишь бы домашнее задание не спрашивал.
Читать далее Алкоголь и Отец космонавтикиЗаправской кошатницей была поэтесса Марина Цветаева. А поскольку она была склонна вести дневники, делать всякого рода заметки и притом на высочайшем писательском уровне, практически все ее котики автоматически становились литературными персонажами. Подстраховывала поэтессу ее младшая сестра Ася - писательское мастерство Анастасии Ивановны тоже было достойным.
Первые любимые коты сестер Цветаевых - в их легендарном доме в Трехпрудном переулке - были не живые. Младшая сестра писала в мемуарах: "Нашими любимыми игрушками были два рыночных, по 25 копеек, купленных няней кота: большие, из грубо раскрашенного ситца, в сидячей позе, набитые соломой".
Читать далее Кусака и другиеМой покойный дядя ненавидел спорт. Не только ненавидел - еще и глубоко презирал. Говорил: "Спорт больного не лечит, а здорового калечит". И еще: "Водка, пиво и портвейн заменяют нам бассейн".Правда, это не мешало ему время от времени покупать абонемент в бассейн. Но и здесь он умудрялся демонстрировать свое презрение к спорту. Когда у него спрашивали: - "Олег, ты сегодня плаваешь?" - мой покойный дядя неизменно отвечал:- Говно плавает. А я - купаюсь.
2006 год.
В 1917 и 1918 годах, в двух выпусках альманаха "Скифы" вышел роман Андрея Белого "Котик Летаев". Это - роман-ретроспекция, в нем автор от первого лица описывает события своего самого раннего детства, приблизительно до трех лет. Таким образом у Бориса Николаевича Бугаева помимо общеизвестного, распространенного псевдонима - Андрей Белый - появляется еще один, гораздо более созвучный настоящему имени - Котик Летаев. А мы таким образом переносимся в Москву начала 1880-х годов.
Итак, маленький Боря Бугаев, он же Котик Летаев прогуливается по дореволюционной Москве.
Читать далее Котик ЛетаевМой покойный дядя был страстным путешественником. Вероятно, тягу к перемене мест я унаследовал именно от него. Как он любил всякие там командировки, отпуска, просто поездки к родственникам и знакомым! Если не дальние, то уж по крайней мере по Московской области. У него было много друзей в этой области. Мне кажется, что он нарочно выбирал тех, кто живет подальше - чтоб побольше ездить.
Я тоже люблю путешествовать. Но совершенно в другом формате. Я беру с собой рюкзак с вещами. Чтобы, въехав в гостиницу, первым делом поставить на тумбочку свой любимый будильник, повесить на крючок свой любимый рожок для обуви, разложить по полочкам одежду. Ясное дело, сразу в тапки переобуваюсь. И т. д.
Читать далее Дядя-1Одним из известных московских котов был Антон Павлович Чехов. Он писал в 1887 году в рассказе под названием "Весной": "Обыкновенно в 9 часов вечера наша кухарка выносит помои. Я выхожу за ней и пробегаю через весь двор по лужам. У котов не принято носить калоши, а потому волей-неволей приходится забыть на всю ночь о своем отвращении к сырости. В конце двора я прыгаю на забор и осторожно ступаю по его краю; внизу злорадно следит за мной сеттер, мой злейший враг, мечтающий, что я рано или поздно свалюсь с забора и позволю ему помять себя. Затем, один хороший прыжок - и я иду уже по сараю. Отсюда с усилием карабкаюсь я по водосточной трубе высокого дома и шествую по узкому, скользкому карнизу. С карниза я прыгаю на соседний дом. Тут на крыше меня обыкновенно встречают мои соперники. О господа, если б вы знали, сколько шрамов, рубцов и шишек прячется за моею шерстью, то у вас волосы стали бы дыбом! В прошлом году у меня едва не вытек глаз, а третьего дня мои соперники спихнули меня с высоты двухэтажного дома".
Читать далее Чехов как котМне нравится, когда кто-нибудь произносит слово "урна". Нравится его звучание - задорное и вместе с тем солидное. Оно напоминает слово "горн". И когда мы, группа москвоведов, как-то ездили с рассказами в пионерлагерь "Звонкие горны", то называли его "Звонкими урнами". А также, естественно, "Горькими звонами", но это - значительно реже.
Мне обидно за урны. Если говорить всерьез о жертвах социалистического строя, урны - самые несчастные. Раскроем хотя бы того же "Брокгауза" (год 1902-й):
Читать далее УрнаСуществует один котолак, то есть, человекокот, оборотень, как бы вынутый Пушкиным из обычной житейской истории. Это жених его приятельницы Елизаветы Николаевны Ушаковой - Сергей Дмитриевич Киселев по прозвищу Кис. Они часто виделись в доме Ушаковых на Пресне. Современный адрес - улица Заморенова, 16, но дом, к сожалению, не сохранился. Скорее всего, Пушкин и придумал это прозвище. Саму Елизавету Николаевну он называл Кисонькой и любил в ее присутствии подзывать кошку, кричал: "Кыс-Кыс-Кыс!".
Читать далее КисВот загадка для начала: бежит бык о шести ног: сам без копыт, ходит, не стучит.
И отгадка - таракан.
Хотя, по-моему, он более похож не на быка, а на динозавра. Таракан - предок динозавра. Или же приспособившийся к холодам динозавр. Который, в свою очередь, выродился в таракана.
Читать далее Дезинсектор