Умельцы из Нормандии
Кальвадос - сорокаградусный яблочный самогон. Впрочем, из груш его тоже делают. А в качестве сырья для перегонки используют сидр.
Правда, чаще его называют не самогоном, а бренди. Но суть от этого не меняется.
Впервые же процесс перегонки (а если вежливо, то дистилляции) сидра упоминается в 1553 году, в дневнике Жиля Пико, владельца нормандским поместьем Губервилем (за что он был прозван Жилем де Губервилем). Правда, специального названия у этого напитка в то время еще не было.
Слово "кальвадос" возникло только в середине XIX века. Оно произошло от одного из департаментов той же Нормандии. И, строго говоря, называть кальвадосом можно только самогонку, произведенную на территории этого департамента и его ближайших окрестностей. Всего на этой территории зарегистрировано около шести тысяч производителей кальвадоса.
48 сортов яблок
Сделать кальвадос непросто. Сначала нужно вырастить подходящие яблоки. Они должны быть маленькие и пахучие. Годятся всего 48 сортов.
Затем следует подобрать правильную пропорцию. Классическое сочетание - 70 процентов сладко-горьких яблок, 20 процентов кислых и 10 горьких.
Иногда вместо кислых яблок берут груши.
Потом надо приготовить брагу, она же сидр. Когда брага поспеет, взогнать ее до 70 градусов. Получившуюся самогонку разлить по дубовым бочкам. И настаивать на протяжении нескольких лет, время от времени добавляя воду. Так, чтобы в результате получилось 40 градусов.
Популярность же этому необычному напитку принесла виноградная филлоксера - крохотное насекомое, пожирающее виноградники. После одной из эпидемий французы принялись искать альтернативу коньяку. И вот, нашли.
Классической закуской к кальвадосу считаются сыры, морепродукты, рыбные деликатесы. Черной горбушкой заедать его не принято. Он благородный.
Некоторые французы подливают кальвадос в утренний кофе.
Кальвадос - литературный герой
Кальвадос то и дело встречается в литературе. И не только во французской. Роман Эриха-Марии Ремарка "Триумфальная арка" - своего рода гимн кальвадосу.
"Как хорошо ощутить вкус ароматной яблочной водки... Она откинула голову и начала пить. Ее волосы упали на плечи, и казалось, в этот миг для нее ничего, кроме кальвадоса, не существует".
"Он глядел в окно и чувствовал, как в жилах переливается сверкающий кальвадос".
"То был остаток старого кальвадоса. Он поднес рюмку к окну. В лунном свете она мерцала, как опал. Водка не должна стоять на свету, подумал он, будь то солнце или луна".
Герои этого романа называли кальвадос напитком грез.
А вот Эмиль Золя, наоборот, описывал семейство горьких пьяниц: "Их часто находили на пороге дома напившихся до потери сознания убийственной нормандской водкой "кальвадос"".
Александр Куприн писал в 1929 году: "Париж, в своей беготне и суетливости, нетерпеливо сокращает слова и фразы: метрополитен - метро, бульвар С.-Мишель - Буль-Миш, бифштекс а-ля Шатобриан - шато, кальвадос - кальва".
Сам Александр Иванович очень любил эту "кальву". Ближе к старости жаловался Надежде Тэффи: "Все сегодня с утра не клеится. Гонорар в газете сбавили, кошка чего-то на меня дуется, не понимаю отчего. Доктор запретил пить кальвадос и велел лежать".
А Николай Николаевич Брешко-Брешковский описывал встречу двух русских эмигрантов в парижском кафе:
"- За отсутствием очищенной, мы угостимся кальвадосом, - и Калибанов потребовал именно этот крепкий напиток, приятно обжигающий все нутро.
Гарсон, налив две рюмки, хотел унести бутылку и удивился, когда Калибанов попросил оставить ее".
Россияне отдавали должное яблочной самогонке.
В СССР
В СССР тоже был кальвадос. Конечно, не французский - обходились собственными силами. В Крыму делали "Кальвадос украинский", в Прибалтике - "Кальвадос литовский". В Молдавии - "молдавский". Крепость была одинаковая - 42 градуса. Цена - от 3 рублей 80 копеек до 4 рублей 20 копеек.
Эти алкогольные шедевры как раз можно было заедать и черным хлебом, и соленым огурцом. Вкус был скорее сивушным, а похмелье изнурительным. Если во Франции кальвадос заменял благородный коньяк, то в СССР, скорее, водку. Если ее не было в винном отделе "гастронома", приходилось покупать кальвадос.
Правда, и у него находились поклонники. Водитель и автомеханик Николай Козаков писал в 1962 году в дневнике: "В четвертом часу я сбегал в магазин к станции - надо было выпить чего-нибудь. Конечно, кальвадоса там не было, и из лучшего я выбрал наливку "Золотая осень" и портвейн Ростовского СНХ. Кроме этого, были водки московская и "Столичная", клубничная наливка и вермут".
Как говорится, о вкусах не спорят.
(Написано для сайта "Свежие Рецепты")