В 2007 году в Богисоглебском переулке был торжественно открыт памятник Марины Ивановны Цветаевой работы скульптора Нины Матвеевой. Поэтесса, пригорюнившись, глядит на собственный музей, который расположен рядышком, через дорогу. Очень трогательно это смотрится.
Впрочем, уместнее здесь был бы памятник писателю Алексею Писемскому - ведь статуя Цветаевой стоит на месте дома Алексея Феофилактовича. Дом был не совсем обычным. С каждым крупным гонораром Писемский пристраивал к нему очередной небольшой флигель, который называл в честь того произведения, за который этот гонорар получен. Таким образом, там появлялись флигели "Финансовый гений", "Боярщина", "Взбаломученное море", "Люди сороковых годов" и так далее.
Анатолий Кони вспоминал о писателе: "Он был большой хлебосол и любил собирать у себя молодежь, к которой умел относиться без всякой рисовки - просто и сердечно. В доме у него было тепло и уютно".
Увы, этот своеобразный литературный городок разрушили при строительстве роскошного здания посольства Монголии, в середине XX века.
А впрочем, и цветаевская статуя вполне уместна. Дело в том, что здесь росли два тополя, которым Марина Ивановна посвящала стихи:
Два дерева хотят друг к другу. Два дерева. Напротив дом мой. Деревья старые. Дом старый. Я молода, а то б, пожалуй, Чужих деревьев не жалела. То, что поменьше, тянет руки, Как женщина, из жил последних Вытянулось, - смотреть жестоко, Как тянется - к тому, другому, Что старше, стойче и - кто знает? - Еще несчастнее, быть может.
В этих кварталах вообще все странным образом переплелось. Очень высокая концентрация прошлого.