Рубрика: 0-1917

Мемориальное здание "Палаты в Зарядье" (Варварка, 10) построено в 1859 году по проекту архитектора Ф. Рихтера. Его альтернативное название - дом бояр Романовых. В шестнадцатом столетии им владел Никита Захарьин Романов-Юрьев, дед Михаила Федоровича, первого царя из династии Романовых. По преданию, Михаил Федорович родился именно в этих палатах. 

Этот музей - один из самых первых в Москве. Он был основан (и, по сути, заново отстроен, ведь от подлинных стен мало что в то время оставалось) в 1859 году и поначалу назывался Домом бояр Романовых. После революции его переименовали в Дом боярина, с 1975 года это - Музей боярского быта, а уже после окончания советского периода истории России, он получил современное название.

Это московское учебное заведение было основано в 1872 году и поначалу называлось женскими курсами В. И. Герье. Курс обучения составлял всего-навсего два года.

Впрочем, Впрочем, Владимир Герье поставил свое благородное дело на широкую ногу. В частности, одним из попечителей был легендарный Козьма Солдатенков, один из богатейших московских купцов и весьма колоритная личность.

Очень странный обычай

Самым колоритным из московских клубов был, конечно же, немецкий клуб. Не потому, что немцы отличались этакой избыточной оригинальностью. И не потому, что пиво было хорошо, хотя оно и вправду было хорошо. И даже не из-за колбас - подумаешь, колбасы, нашли чем удивить. Дело было даже не в немецких женщинах, хотя - да, женщины. 

Просто у дворянской молодежи, а в первую очередь, естественно, военной, был странный обычай - приходить сюда и дурить немцев. Говорить, якобы всерьез, комплименты им самим, их пиву, их колбасам, женщинам и пр. Приглашать тех женщин танцевать. А после обращать все это в анекдот. Случалось весело.

Все началось с антрепренеров Чинти (по-московски - Чути) и Бельмонти. Было у них разрешение на постановку "публичных Маскерадов, комедиев и опер комических". Они сняли часть воронцовского дома, где и давали свои "маскерады". 

Затем, в чуму, Бельмонти умер, и Чинти передал антрепризу Мельхиору Гротти. А Гротти, в свою очередь - Урусову. Который, стесняясь своей не совсем итальянской фамилии, взял в компаньоны Маддокса Меккола Медокса (по-московски - Михаила Егоровича).