Архивы Петербург - Страница 13 из 17

И имя Зингер возносил

"Дом книги" на Невском проспекте был открыт даже в блокадные дни. Одна литературная деятельница вспоминала об этом: "Всю блокаду работала Лавка писателей и самый наш крупный книжный магазин - Дом книги. И у его прилавков не было пусто - читатели в ватниках и шинелях перебирали книги, выискивая самую нужную, и уносили свою покупку как ценность, как хлеб насущный".

Впрочем, "книжная" история этого места началась задолго до постройки этого впечатляющего дома. Еще в восемнадцатом столетии здесь размещались нотная лавка К. Гольца и книжный магазин А. Дейбнера (в этом магазине, кстати говоря, любил бывать Владимир Ильич Ленин). А еще раньше, в середине девятнадцатого века здесь располагалось "Дагерротипное и Фотографическое заведение" С. Л. Левицкого, двоюродного брата Александра Герцена и одного из популярнейших фотохудожников своей эпохи.

В убогой роскоши Дома Искусств

Дом 15 по Невскому богат и на историю, и на истории. В начале восемнадцатого века размещалось тут одно из первых в городе торговых помещений. Выглядело оно так: "Гостиный двор каменный, прежде именованный Мытный, на Адмиралтейской стороне… наименован Мытным потому, что оный построен был только для продажи съестных припасов, но, между тем, несколько лавок занято было и разными товарами и потом отчасти более стало умножаться в нем купечество с хорошими и богатыми товарами, оный более стал именоваться Гостиным двором, а не Мытным".

Всяческие лавки размещались здесь и после закрытия Гостиного двора. А торговали по-столичному, всякими изысками: "Против Полицейского моста в угольном князя Куракина доме в Италианской лавке можно получить недавно выписанный нюхательный табак, ла ферм называемый, в бутылках, жестянках и полужестянках, также разного рода курительный, равно кофе мокку, шоколад, лоделован и лодеколонь".

Первый российский межгород

Первая российская общедоступная телефонная станция открылась в Москве в 1882 году. Однако первые экспериментальные звонки все-таки проходили из российской столицы. Интересно что первая телефонная связь в нашей стране была не внутригородская, а междугородняя.

О пользе железных дорог

Первый сеанс телефонной связи состоялся в 1879 году, спустя всего три года после того, как Александр Белл запатентовал свое судьбоносное изобретение. Не удивительно, что в качестве полигона для испытания и освоения этого новшества была избрана железная дорога. Тому способствовала четкая географическая привязка объектов, отлаженная связь между ними, наличие самой передовой технической инфраструктуры и железная, практически, военная дисциплина железнодорожных чинов. Если им доверили перемещение людей, военной и гражданской техники, продовольствия, почтовых грузов и царственных особ, то за какой-то телефон уж точно можно не волноваться.

Городской сад: хорошо торговал буфетом

Увеселительные сады

Огромную роль в дореволюционной жизни играл городской сад и садовый театр. Там, на примитивной сцене зарабатывались жалкие копейки, там же, за столиком местной "Кукушки" (почему-то так чаще всего в русской провинции называли рестораны в городском саду) эти копейки пропивались. Все это, однако, составляло некую романтику. Впрочем, истинный актер мог обратить в романтику все, что угодно.

Вот, к примеру, объявления, касающиеся событий в городском саду Саратова. Он назывался Шехтелевским или Шехтеля, а то и просто Шехтель. Правда, к личности известнейшего мастера российского модерна это не имело никакого отношения. Сад содержал его родственник, купец второй гильдии и саратовский меценат.

Фосс: борец, обжора, хулиган

Рязань: жертва Фосса

Одним из российских дореволюционных уникумов был борец по фамилии Николаев, более известный под сценическим псевдонимом Фосс или де Фосс. Его перемещения по стране отслеживались репортерами с такой же тщательностью, как поездки императора. Но причина была не в аншлагах. У россиян этот актер ассоциировался исключительно с обжорством.

Фосс, Эмиль. — Эмиль Фосс, "подаривший" псевдоним Николаеву

Глинка и Пушкин

Детство великих

Глинка всего лишь на пять лет моложе Пушкина. Когда в смоленской глуши, в семье обеспеченного капитана-отставника родился будущий великий композитор, будущий великий стихотворец уже вовсю шалил в Москве и поражал родственников и друзей дома своим дерзким и непоседливым нравом.

Глинка же, наоборот, был мальчиком тихим, болезненным и кротким. Нельзя было даже представить себе, чтобы он скорчил кому-нибудь рожицу, высунул язык или запрыгнул на закорки. Маленький Миша отличался совершенно противоположным темпераментом.

Учитель Гоголь

Великий русский писатель Николай Васильевич Гоголь прослужил учителем недолго. В 1831 году он опубликовал в "Литературной газете" статью под названием "Несколько мыслей о преподавании детям географии". До сих пор она считается одним из лучших педагогических трудов.

После выхода статьи Гоголь стал вести частные уроки - эта работа его увлекала, да и платили ему хорошо. Потом он получает назначение на государственную службу - преподавателем истории в столичный Патриотический институт (там обучали дочерей военнослужащих), а затем и в петербургский университет. Но уже в 1835 году писатель завершает преподавательскую деятельность.

Ярославский театр: первый в России

Обычно, первое - это всегда в столицах. Первый метрополитен и первая телефонная станция, первый торговый автомат и первый электрический фонарь, первый университет и первый кинематографический сеанс. А вот театр первый - в Ярославле.

Каким образом так вышло? Да и насколько справедливо это каноническое утверждение?

История русского киселя

Кисель - нечто среднее между едой и напитком. Само название - "кисель" - произошло от слова "кислый". В глубокой древности (а возраст киселя никто не знает) его варили из заквашенного раствора овсяной муки в воде. Со временем явилось и разнообразие - в обиход вошли не только овсяные, но и ржаные, пшеничные, капустные, щавелевые и гороховые кисели. Горячий кисель сдабривали маслом, а холодный, затвердевший кисель резали ножом и употребляли с молоком, вареньем, овощами - с чем угодно.

Русский кисель - многофункциональное блюдо.

Вольф и Беранже: последний стакан лимонада

Фигурные сладости

Одна из первостатейных достопримечательностей города Санкт-Петербурга - Невский проспект, дом № 18, "Литературное кафе". Своими ценами оно способно отпугнуть не только литераторов, но и представителей мелкого (а возможно, и среднего) бизнеса. Плата же тут берется за "мемориальность" - в начале двадцатого века тут помещалась кофейня Вольфа и Беранже, специализирующаяся на различных пирожках, пирожных и прочих сладостях.

Сладости тут были непростые, а фигурные - в виде храмов, купидонов, лошадей и даже музыкальных инструментов. Верхом же искусства Беранже и Вольфа современники признали, разумеется, кондитерский пирог "Тальони". В конце тридцатых годов позапрошлого столетия в городе выступала Мария Тальони, итальянская балерина. Именно ее изображал пирог. Газеты сообщали: "Стан, позы, костюм ее переданы с удивительной точностью. Те, которые еще не видели настоящей Тальони, получат о ней по этому сахарному изображению самое благоприятное понятие, а те, которые ее видели, будут иметь самое сладкое воспоминание".

Пн	Вт	Ср	Чт	Пт	Сб	Вс
				1	2	3
4	5	6	7	8	9	10
11	12	13	14	15	16	17
18	19	20	21	22	23	24
25	26	27	28	29	30	31