Я учился в МАИ. Наша группа считалась шкодливой.
На военной подготовке вместо положенного приветствия "Здравия-желаем-товарищ-майор", мы дружно кричали: "Гав-гав-гав-майор".
Обувь на той же военной подготовке обязана была блестеть - мы вытирали ее занавесками.
Когда приходил новый преподаватель, он делал перекличку - знакомился с группой. Некто студент Арбузов - маленький, кругленький, лысенький - когда до него доходила очередь, пищал с последней парты умилительным дискантом: "Арбузик! Моя фамилия Арбузик! Староста ошиблась!"
Были у нас студентки, сестры Русаковы. На той же перекличке, на вопрос: "Вы сестры", они басом отвечали: "Братья".
Один из наших любимых преподавателей - профессор Гольдберг - курил на семинарах. Стоило ему закурить, как под партой зажигала сигареты половина группы - благо, запах уже есть. Кстати, Гольдберг на нас не ругался - только хитро улыбался, грозил пальцем и говорил: "Мне можно, а вам - нет". Профессор и сам был шкодлив.
Я брал свое одеждой. Носил костюм-тройку, на жилете - серебряная цепочка во все брюхо, на цепочке - настоящие дореволюционные карманные часы "Павел Буре". Кроме того, у меня был кисет и я нюхал табак.
И вот подумалось - а современные студенты шкодничают ли подобным образом? Или с высот, ими достигнутых, все это - нафталиновая чушь?
2009 год.