Страшное происшествие у дома Губкиных

Среди старого русского купечества было заведено по достижении определенных успехов переселяться в Москву. В одном городе предприниматель занимался бизнесом, а в другом наслаждался его результатами. Таким был, например, пермский чаеторговец Алексей  Губкин. Он родился в Кунгуре, и в 24 года открыл свое дело - обменивал кожаные кунгурские изделия на китайский чай. Затем начал скупать в Китае чайные плантации, стал снабжать чаем всю Россию. В общем, здорово поднялся. 

Среди старого русского купечества было заведено по достижении определенных успехов переселяться в Москву. В одном городе предприниматель занимался бизнесом, а в другом наслаждался его результатами. Таким был, например, пермский чаеторговец Алексей  Губкин. Он родился в Кунгуре, и в 24 года открыл свое дело - обменивал кожаные кунгурские изделия на китайский чай. Затем начал скупать в Китае чайные плантации, стал снабжать чаем всю Россию. В общем, здорово поднялся. 
Одновременно занимался и благотворительностью - взял себе за правило жертвовать копейку с каждого заработанного рубля. Открыл "Елизаветинский Дом призрения бедных детей в Кунгуре", Кунгурское техническое училище, давал деньги на храмы. А в 66 лет переехал в Москву, в собственный дом на Рождественском бульваре.
Именно любовь к добрым делам создала Алексею Семеновичу печальную посмертную славу. Московские жители, в расчете на щедрое подаяние, устроили перед его домом давку. Не обошлось без жертв.
Об этом писал Гиляровский: "Сзади давили на ворота, ближайшие от ворот, задыхаясь в давке, стремились назад, падали с высокого тротуара на мостовую, на них лезли задние, не видя, что творится впереди. Гул толпы прерывался криками о помощи и предсмертными стонами. Когда уже все свершилось, явилась полиция и казаки. Дворники били нищих палками, городовые - ножнами, казаки - плетьми... Опорков и рваных шапок увезли с места давки два воза".
История была настолько на слуху, что Чехов даже не стал ей уделять внимания в своих "Осколках московской жизни". Только обмолвился: "Беда, обрушившаяся на нищих на похоронах богача Губкина, известна вам уже по газетам, а потому иду далее".
В Кунгуре есть памятник Губкину. В Москве, разумеется, нет.

Одновременно занимался и благотворительностью - взял себе за правило жертвовать копейку с каждого заработанного рубля. Открыл "Елизаветинский Дом призрения бедных детей в Кунгуре", Кунгурское техническое училище, давал деньги на храмы. А в 66 лет переехал в Москву, в собственный дом на Рождественском бульваре.

Читать далее Страшное происшествие у дома Губкиных