Клод-Мари Жиро, владелец знаменитой шелкоткацкой фабрики в Хамовниках, был тот еще проказник. Лев Толстой писал: "Против дома, в котором я живу, - фабрика шелковых изделий... Я сейчас, сидя у себя, слышу неперестающий грохот и знаю, потому что был там, что значит этот грохот. 3000 женщин стоят в продолжение 12 часов над станками среди оглушающего шума... Десятки тысяч молодых здоровых женщин-матерей губили и теперь продолжают губить свои жизни и жизни своих детей для того, чтобы изготавливать бархатные и шелковые материи".
В 1889 году Клод-Мари попытался надуть москвичей - добивался разрешения сливать отходы своего красильного цеха прямо в Москва-реку. Уверял, что они абсолютно безвредны (что в принципе было невозможно при тогдашних технологиях). И почти убедил. Но обман все таки был раскрыт.
Затем попался на мошенничестве - снабжал свою продукцию этикетками гораздо более престижной фабрики братьев Сапожниковых. За это его выгнали из России, а фабрикой принялись руководить сыновья.
Про одного из них, Виктора писали "Ведомости московского градоначальства и столичной полиции": "16 апреля на Тверской улице быстро мчался автомобиль, за №37, принадлежащий французскому гражданину В. К. Жиро. Последний, управляя автомобилем лично, намеревался сразу остановить его. В тот момент, когда Жиро стал тормозить, автомобиль перевернулся несколько раз на месте и сшиб лошадь легков. извозчика кр. Сергея Панфилова. Лошадь была искалечена и ныне в езду не годится. Несчастий с людьми не было".
И как тут не вспомнить о яблочке, которое обычно падает недалеко от яблоньки?