Дом графа Ностиц (Большая Дмитровка, 4/2) построен в 1900-е годы по проекту архитектора А. Мейснера. Но вообще-то он гораздо старше. Внутри находится скрытое мейснеровским фасадом двухэтажное строение, некогда принадлежавшее семье Раевских. Здесь у своего приятеля Александра Раевского иной раз останавливался Пушкин. И даже посвятил хозяину стихотворение "Демон":
Читать далее Актеры у НостицаРубрика: 1917-1990
Главный пруд Москвы
Чистопрудный бульвар назван по искусственному водоему, вырытому здесь в далекой древности. Протяженность 820 метров. Разбит в 1820-е годы. Однако, современный вид он приобрел сравнительно недавно. Еще в 1935 году площадь и улица Мясницкая была отделена собственно от бульвара старинным трехэтажным домом. Его снесли в связи с прокладкой первой линии московского метро, и площадь сразу задышала, ожила.
В Великую Отечественную войну составы здесь не останавливались, проезжали дальше. На самой же станции был оборудован кабинет Верховного Главнокомандующего, то бишь Иосифа Виссарионовича Сталина.
Читать далее Главный пруд МосквыНовые застройщики Опричного двора
Самым страшным местом в городе Москве в конце 1560-х - в начале 1570-х годов был Опричный двор. Он занимал не слишком-то большую территорию - между Большой Никитской и Воздвиженкой, примерно там, где в наши дни Романов переулок.
Защищала двор высокая, семиметровая стена. Внизу - белокаменная, сверху - кирпичная. Трое ворот, обитых белой жестью. Над ними - черные двуглавые орлы и львы со сверкающими глазами, сделанными для устрашения прохожих из редких в то время зеркал.
Читать далее Новые застройщики Опричного двораПро елку
"Маленькой елочке холодно зимой, из лесу елочку взяли мы домой. Сколько на елочке шариков цветных, розовых пряников, шишек золотых!"
Нет, пожалуй, дерева, более сакрального, чем елка. И более сказочного. И более любимого. Елка - не просто дерево, а символ новогодних празднеств, от которых обязательно ждешь чуда несказанного и светлых перемен.
Самое радостное из воспоминаний чеховского Ваньки - именно она, новогодняя елка. Сидя в Москве, он тосковал по родине, писал своему деду: "Милый дедушка, а когда у господ будет елка с гостинцами, возьми мне золоченый орех и в зеленый сундучок спрячь. Попроси у барышни Ольги Игнатьевны, скажи, для Ваньки.
Читать далее Про елкуИстория советских фотоаппаратов
Фотоаппарат в СССР требовал очень много денег. Содержать его непросто. Пленки, проявители, фиксажи, глянцеватели, экспонометры, проявочные бачки, пинцеты, тазики, кюветы для проявителя и фиксажа, сами проявитель и фиксаж или химические вещества для их приготовления, раздвижная рамка для печати, красный фонарь, глянцеватель и фоторезак. Все это требовало постоянных денежных вливаний. Сами же снимки выходили смазанными и нерезкими, белесыми, но с желтыми подтеками по бокам. И даже затейливая бахрома, оставленная фоторезаком после так называемой "художественной обрезки" радовала мало.
К тому же постоянно требовалась то свежая (желательно, проточная) вода, то темная комната (как правило фотолюбители претендовали на общий чулан). Сушиться фотографии как правило вывешивали в кухне, на тех же веревках, что белье и одежда. И даже прищепливали их теми же самыми прищепками.
Читать далее История советских фотоаппаратовИстория швейной машинки в России
В парадном углу большинства советских коммунальных комнат стояла швейная машина. Не обязательная, но весьма распространенная часть советского коммунального интерьера, она пользовалась безмерным уважением своих и безграничной завистью соседей. Еще бы - с помощью машинки можно продержаться в самую суровую годину - и самому обшиваться, и семейство обшивать, и, рискуя попасть в лапы фининспектора, немножечко шить на заказ.
Юрист Нина Сергеевна Покровская писала в дневнике в 1946 году: "Когда мы шли домой, Маруся сказала: "Эх, Нина Сергеевна, люди вы хоть и образованные, а жить вы не можете. Разве умный человек на зарплату живет? У вас есть швейная машинка, я буду доставать ситец, а вы быстренько шейте платья, я буду их на рынке дивчатам продавать. Заживем мы с вами во как! А службу эту вашу бросьте!" Я ничего ей на это не сказала".
Читать далее История швейной машинки в РоссииОтопление московских коммуналок
Основой раннего коммунального интерьера чаще всего являлись не камины, не кувшины, не диваны, а печка-буржуйка. И. И. Соя-Серко вспоминала: "Квартиры, ранее принадлежавшие владельцам, стали коммунальными - в каждой комнате по семье. Центральное отопление почти нигде не было восстановлено, а потому через комнаты тянулись трубы "буржуек" (небольшие печурки на ножках, которые устанавливали на железном листе). Под трубами на проволочных дужках висели разнокалиберные банки, в которые стекала тягучая темно-коричневая жидкость. Печки немилосердно дымили, но они были пульсом жизни. На них готовили пищу, ими согревались, над ними сушили белье, так как во дворе его могли украсть, на них кипятили воду, так что от пара отклеивались и висели лохмотьями старые обои. У входной двери висели таблички, извещавшие, что Иксу звонить три длинных и два коротких, а Игреку - два длинных и один короткий".
Читать далее Отопление московских коммуналокЭмиграция Вертинского
Ильф и Петров писали в "Золотом теленке": "Параллельно большому миру, в котором живут большие люди и большие вещи, существует маленький мир с маленькими людьми и маленькими вещами. В большом мире изобретен дизель-мотор, написаны "Мертвые души", построена Волховская гидростанция, совершен перелет вокруг света. В маленьком мире изобретен кричащий пузырь "Уйди-уйди", написана песенка "Кирпичики" и построены брюки фасона "Полпред".
В дореволюционной России было два знаменитых певца. Один явно принадлежал к первому миру, а другой ко второму. Шаляпин и Вертинский. Первый пел густым басом, носил шубу, на сцене наряжался царем и собирал театры. Второй не произносил половину букв, носил черт знает что, на сцене наряжался Пьеро и собирал кафешантаны. Такими же были и их эмиграции. У первого - с первополосными газетными заметками и космическими гонорарами, а у второго с интригами насчет сорвать дешевенький ангажемент и ужинами в долг.
Читать далее Эмиграция ВертинскогоВысоцкий и три его сцены
Невозможно представить себе Москву брежневской эпохи без Высоцкого - кумира всех, пожалуй, социальных слоев советского общества. Каждый находил в его песнях что-то для себя - для каждого у него были строки и образы, способные как-то повлиять на мироощущение, заставить против чего-то восстать, а с чем-нибудь, наоборот, примириться.
Театр, но не тюрьма
Главное место, связанное с Владимиром Высоцким - разумеется, театр на Таганке. Он был открыт на месте еще одного культурного учреждения - кинотеатра "Вулкан", которое, в свою очередь, появилось тут в 1912 году. Кинотеатр был известен не столько своим репертуаром, сколько прижимистостью хозяйки, мещанки Платовой. Дело в том, что она вообще не позаботилась о том, чтобы придать интерьерам хотя бы приблизительную тематическую направленность. И посетитель, зайдя в зал, с изумлением обнаруживал себя внутри старой лавочки купца Корчагина, которую предпринимательница использовала не внеся даже малейших изменений.
Читать далее Высоцкий и три его сценыАнглийское посольство эпохи Юшки Урви Хвост
На московской улице Варварке, на ее правой, полулубочной стороне среди храмов и храмиков торчит этаким белым пеньком невысокое здание. В наши дни это одна из экспозиций музея истории города Москвы. А в средние века - убежище английских, да и прочих иностранных дипломатов и купцов (иной раз они спасались тут во время беспорядков).
Эти белые палаты появились тут в пятнадцатом столетии. Поначалу ими владел некий Юшка - то ли греческий предприниматель, то ли наш упоминавшийся уже полукупец-полубандит по кличке Юшка Урви Хвост. Так или иначе, в следующем веке здание каким-то образом стало казенным, а тут известный мореплаватель сэр Ричард Ченслер открыл удобный водный путь соединяющий Россию с Англией.
Читать далее Английское посольство эпохи Юшки Урви Хвост