С удовольствием перечитываю роман киевского писателя Алексея Куркова "Львовская гастроль Джимми Хендрикса".
Это не про Джимми Хендрикса. Это про Львов. И про любовь, конечно. И про камни в почках. И про море.
Горячо рекомендую всем, кто любит море. Уверяю: вы разлюбите его.
2017 год.
Читаю воспоминания историка П. Бартенева: "В 1853 году, когда я жил в игрушечном магазине Трухачева, навестил меня профессор С. М. Соловьев".
Уже сюжет.
Довольно смешон этот густой пчелиный гудеж нынешних жителей Патриарших по поводу их культурно-мистической связи с Великим Булгаковым. Смешон в первую очередь потому, что случись им Булгаков периода жизни на Большой Садовой - полунищий, голодный, нелепый, вызывающе провинциальный, совершенно незнаменитый и без административного ресурса - они б его пинками выгнали со своих бесподобных Патриарших прудов.
2016 год.
Последнее время все чаще встречаются мантры на тему того, что в СССР "у всех все было". Ага, во многом это так. Но если что и было, то потому, что люди торчали часами в очередях, постоянно на что-то записывались, несколько раз в сутки отмечались, покупали с рук "макулатурные" талончики, потому что собрать все эти десятки килограммов старых газет не было никакой возможности, хватали все подряд, чтобы потом обменять на что-нибудь действительно нужное, покупали "с нагрузкой", интриговали на службе насчет продуктовых заказов, половина из которых, опять же, была не нужна, отоваривали какие-то талоны и открытки, участвовали в субботних книжных лотереях, в программе "книгообмен", тащили книги чемоданами из азиатских республик, где их почему-то выпускали, но никто не покупал, покупали вещи втридорога у фарцовщиков, рискуя при этом попасть в милицию и подвергали себя множеству других не менее унизительных процедур. Люди от сорока и старше все это застали и прекрасно помнят, и попытки убедить их в том, что ничего такого не было, выглядят, как минимум, нелепо, а господа, которые предпринимают подобные попытки, вызывают вполне естественную брезгливость.
Как мы любим до сих пор читать дореволюционную литературу и представлять себя то благородным доктором, то преуспевающим литератором, то блистательным офицером, то скучающим дворянином, да и купцом, в общем, тоже, неплохо - конфетки-бараночки, да гони-ка ты к Яру.
А у самих столько в бэкграунде кровей перенамешено, что вариант с Ванькой Жуковым, девятилетним мальчиком, представляется гораздо более убедительным.
2016 год.
Читаю Катаева, "Повелитель железа". Почему как только наши лучшие писатели двадцатых-тридцатых годов берутся за тему научной фантастики, они сразу из лучших писателей превращаются в двоечников по литературе, не способных осилить школьное сочинение?
Персонажи никакие, сюжет примитивный, все остальное тоже примитивно. А ведь это Катаев.
Читать далее Двоечники-фантастыЧитаю в дружественном ЖЖ про то, как в одном из окон Камергерского горела хрестоматийная свеча Бориса Пастернака. Сижу за завтраком и вспоминаю:
И падали два что-то там со стуком на пол...
Так... Что же там падало со стуком на пол? Два дурака? Нет, не то. Два старика? Тоже вряд ли. Два ночника? Нет, ночники будут позже.
Читать далее Свеча горела на столеНачал читать роман Владимира Орлова "Земля имеет форму чемодана":
"- Мне так и не доставили "Анну Каренину", - сухо сказал Куропелкин.
- И что же вам привезли? - спросила Звонкова.
- Вот как раз три тома Стига Ларссона с этой самой девушкой с татуировкой и еще почему-то какие-то описания уличных прогулок по городу Тамбову.
Читать далее Мой путеводитель - в романе классикаПомню, в Тургеневской библиотеке состоялась у меня встреча с читателями.
В основном высказывались мне претензии и комплименты. Ну, с комплиментами понятно - людям нравится, и я этому только рад.
А вот претензии занятные.
Читать далее Прогулки по старой МосквеПриснилось продолжение "Маленького клопа". Не то, что б я его писал - готовый текст приснился. А я его вроде того что читал.
Помню, что место действия нового "клопа" - Владимир. И герои обсуждают местные кабачки. При том они так называются, как, по-моему, и должны называться кабачки во Владимире. "Пенек", "Шишечка", что-то такое. И среди них - совершенно не прижившийся в России (почему-то) британский формат. Типа "Дуб и лошадь".
Читать далее Жук и верзила