Рубрика: Москва

Один из парадоксов ранних советских коммунальных квартир - нечеловеческое изобилие прислуги, теснящейся на этих жалких квадратных метрах. Действительно, первое время в коммунальных коридорах часто ночевали домработницы. До революции это явление было распространено повсеместно. Нищий студент мог оказаться от горячих обедов, от кофе и чая, иметь лишь одну пару обуви - но домашняя работница у него была, хотя бы приходящая. Эта традиция настолько прочно въелась в мозг, что долго не могла оттуда выбраться. Власти разрушали храмы, освобождали угнетенные народы, создавали те же коммуналки - и при этом спокойно мирились с институтом домашних работниц. Видимо, чтобы не увеличивать и без того катастрофические нагрузки на биржи труда.

Очень часто опасность несет такой, казалось бы, оплот стабильности, как городской дом. Особенно на стадии возведения. Строят дом, строят, а он - раз - и упал. Просто так. И поди разберись, в чем там дело. То есть, конечно, разбираются, только строительство - загадочная вещь.

Первая, пожалуй, знаменитая московская строительная катастрофа произошла в пятнадцатом столетии. Строили русские мужики самый главный собор нашего древнего города - Успенский, в Кремле, а он вдруг взял и обвалился. К счастью, никто при том не пострадал. Пришлось направить русского посланника Толбузина в Италию, в страну, где отродясь проблем не знали с зодчими и зодчеством, страну, известную в первую очередь архитектурными шедеврами - чтобы тот отыскал и пригласил в Москву путного архитектора. После долгого поиска выбор пал на Аристотеля Фьораванти (говорят, что он понравился российскому посланнику Толбузину тем, что из одного кувшина наливал то воду, то вино, то пиво). Тот согласился - ведь обещанная плата 10 рублей в месяц была очень даже привлекательна. К тому же там была какая-то поганая и мутная история - архитектор был в опале, чуть ли не скрывался от властей. И чуть ли не за то, что рухнула какая-то его постройка.