Два мира советских путешествий

Чемоданы, саквояжи, несессеры, портпледы. Все такое солидное, с запахом кожи. Мир путешествий завораживал. Вагоны СВ, многопалубные теплоходы, серебристые лайнеры и отели интуристовского класса. Только там, в мире избранных путешественников были возможны все эти вещи. Вместе с дорогими костюмами, армянским коньяком, зернистой икрой и сигаретами "Золотое руно".

Дорожные принадлежности.

На другом полюсе - плацкартые вагоны, раздолбанные "пазики", запах нестиранных носков, сальные бутерброды с полуфабрикатными котлетами и Дом колхозника при рынке, с удобствами на этаже. Этот мир тоже, кстати, завораживал, и в нем тоже была своя романтика. Только совсем другая, для других советских граждан. Каждый сверчок прекрасно понимал, где чей шесток. Всем было хорошо. Ну, более-менее хорошо.

Суздаль и семья купцов Жинкиных

Это сегодня Суздаль - в первую очередь туристический бренд, символ древней Руси и медовушная столица мира. А до революции он был не брендом, а простым уездным городом. Тихим, в меру захолустным и, конечно, со своей купеческой элитой. Среди которой выделялась семья Жинкиных. У одного из них, Василия, был даже собственный винокуренный завод. Он располагался в самом центре Суздаля, рядом с гостиным двором. Готовой водкой торговали в том же доме, на первом этаже.

Суздаль.

Правда, в 1896 году, после введения государственной винной монополии завод пришлось закрыть. По иронии судьбы, именно в этом здании обосновалось суздальское общество трезвости. А на месте водочного магазина стали продавать конфеты.

Читать далее Суздаль и семья купцов Жинкиных

Виноградово: как столкнулись два времени

После революции в подмосковной усадьбе Виноградово открылся костно-туберкулезный санаторий "Долгие Пруды". Наступило странное безвременье, а точнее, двоевременье. Когда старая эпоха еще полностью не ушла, а новая уже вовсю вступала в свои права.

Усадьба Виноградово.
Усадьба Виноградово

Разумеется, усадебная жизнь стала историей. О ней можно было узнать в краеведческой книге, которую выдавали в санаторской библиотеке. Там же, конечною, были и труды марксистов.

Читать далее Виноградово: как столкнулись два времени

Сборные дома: дачные "хрущевки"

Хрущевская мода на типовое домостроение не оставила в стороне сельскую и дачную архитектуру. На картинке эти домики вообще похожи на развивающий конструктор для детей. Настолько они неестественно-игрушечные. Трудно представить себе в этих стенах настоящую, не кукольную жизнь.

Сборные дома.

Впрочем, в реальности все выглядело очень даже убедительно. В живом, а не нарисованном антураже - с банками на подоконниках, ржавыми бочками для сбора дождевой воды, брошенным у крыльца старым велосипедом и грядкой гороха - эти шкатулки смотрелись иначе.

Анархисты и писатель Паустовский

После октябрьской революции 1917 года в Москве правили бал не только большевики. Не менее вольготно чувствовали себя и анархисты. Они захватили десятки особняков. Выбирали пороскошнее и понаряднее.

Особняк Арсения Морозова.

Константин Паустовский писал: "Они вольготно и весело жили в них среди старинной пышной мебели, люстр, ковров и, бывало, обращались с этой обстановкой несколько своеобразно. Картины служили мишенями для стрельбы из маузеров. Дорогими коврами накрывали, как брезентом, ящики с патронами, сваленные во дворах. Оконные проемы на всякий случай были забаррикадированы редкими фолиантами. Залы с узорными паркетами превращались в ночлежку. Ночевали там и анархисты, и всякий неясный народ".

Читать далее Анархисты и писатель Паустовский

Советская столовая: раздаточная линия

Раздаточная линия в советских столовых самообслуживания традиционно заканчивалась напитками, хлебом и выпечкой. Здесь напитки - явно с молочным уклоном. Не исключено, что это даже не столовая, а "молочное кафе". Такие заведения стали открываться где-то в шестидесятые годы. Как нетрудно догадаться, в них преобладали молочные блюда - сметана с сахаром, творог, вареники с творогом, молочная лапша (так называли суп из молока с лапшой или вермишелью, была еще куриная лапша), молочные каши, гречневая каша с молоком (тарелка молока, а в нем плавает гречка) и так далее.

Раздаточная линия.

Здесь, рядом с улыбчивой кассиршей (сейчас бы сказали - "с кассиркой") выставлены поллитровые бутылки. Похоже, с бесцветными крышками - значит, там молоко. С зелеными крышками был бы кефир и так далее. Стеклянные баночки тоже с чем-то молочным (предположу, что с простоквашей) стоят на витрине. Рядом с ними кофе с молоком. Его называли "котловым" - молотый кофе вместе с сахаром долго варили в большой алюминиевой кастрюле. Сахара сыпали много, кофе получался приторным.

Читать далее Советская столовая: раздаточная линия

Калоши, они же галоши

Купила мама Леше
Отличные калоши.
Калоши настоящие,
Красивые, блестящие,
Теперь хоть и захочешь,
А ноги не промочишь!
Не терпится Алеше
Надеть свои калоши.
Калоши.

Эта песня композитора Аркадия Островского на стихи Зои Великановой была невероятно популярной в 60-70 годы прошлого века. И калоши (они же галоши) тоже были популярными. И удобными. Особенно зимой, с валенками. Да и с любой обувью, в непогоду. Они же в принципе непромокаемые. И ботинки дольше служат.

Читать далее Калоши, они же галоши

Крупская вместо трактира

В 1976 году в начале Сретенского бульвара открыли памятник Надежде Крупской, жене Ленина. Его авторы - скульпторы Е. Ф. Белашова и А. М. Белашов. Москвичи сразу же дали памятнику кличку "Уши" - из-за двух высоченных пилонов, которые стоят по обе стороны фигуры. Само же место стало популярным у советских хиппи.

Памятник Крупской.

Символично, что до революции здесь действовал трактир "Саратов" - место довольно известное. Константин Коровин вспоминал: "Войдя в подъезд, у вешалки мы сняли калоши, пальто, пледы, покрытые снегом, и поднялись по деревянной широкой лестнице в большой зал трактира. Пахло чаем и селянкой. У большого буфета посетители пили водку, рябиновку, закусывая селедкой, горячей колбасой, балыком, грибками. Бойкие половые разносили на подносах чай, вина...

Читать далее Крупская вместо трактира

Самая ненавистная вещь - будильник

В СССР не было никакой удаленки. Хотя бы потому, что не было компьютеров. Были ЭВМ, но это совершенно не о том.

Будильники.

И фрилансерства не было. Фрилансер - в современном смысле слова - был приравнен к тунеядцу. А это уголовная статья.

Читать далее Самая ненавистная вещь - будильник

Памятник Воровскому: парадокс места

11 мая 1924 года рядом со зданием, в котором размещался Народный комиссариат Иностранных дел открыли памятник дипломату Вацлаву Воровскому. За год до этого, 10 мая 1923 года его застрелили в Лозанне. Собственно, к годовщине этого прискорбного события и приурочили открытие. Правда, опоздали на один день.

Памятник Воровскому.

Специально для этого памятника решили разобрать церковь Введения во Храм Пресвятой Богородицы на Большой Лубянке. Она стояла на углу собственно Большой Лубянки и Кузнецкого моста. Но к открытию памятника ее не успели полностью разрушить.

Читать далее Памятник Воровскому: парадокс места