Читаю в дружественном ЖЖ про то, как в одном из окон Камергерского горела хрестоматийная свеча Бориса Пастернака. Сижу за завтраком и вспоминаю:
И падали два что-то там со стуком на пол...
Так... Что же там падало со стуком на пол? Два дурака? Нет, не то. Два старика? Тоже вряд ли. Два ночника? Нет, ночники будут позже.
Читать далее Свеча горела на столеПомнится, в восьмидесятые и девяностые годы была такая гражданская традиция. Во всяческих фастфудных палатках протыкать одноразовые пластиковые стаканы. Ну, чтобы их точно выбросили, чтобы не использовали по второму разу. Стакан - он тоже денег стоит, пусть и одноразовый.
Интересно, сейчас кто-нибудь так делает?
После окончания института мы с Тульским время от времени перезванивались, даже встречались. Все реже и реже. Тульский ушел с работы, устроился куда-то водителем. Женился на женщине с ребенком. Развелся. Опять женился на женщине с ребенком. Постоянно менял работу - все они, эти его работы были при каких-то гаражах.
Читать далее Тульский-11- Меня распределили на завод сухого! Меня распределили на завод сухого!
Так кричал Тульский, узнав о своем распределении. Его, ясное дело, распределили на завод Сухого, а не на завод сухого. Но, поскольку практически все наши студенческие годы прошли на фоне именно сухого вина, а не водки (с ней при Горбачеве были весьма ощутимые сложности), Тульский не мог не оценить такую игру слов.
Читать далее Тульский-10Вспомнился мне тут один бармен владимирский. Видел я его давно, в конце девяностых, но вспоминать, наверное, буду до самой смерти.
Он стоял за стойкой в не существующем ныне кафе в начале улицы Гагарина, сразу же за Торговыми рядами. Интеллигентный человек лет двадцати восьми. Умное лицо. Очочки.
Читать далее Настоящий профессионалВ 1992 году мэр Гавриил Попов подал в отставку. В соответствии с законом и инструкциями мэром стал тогдашний вице-мэр Юрий Лужков. И все. На этом поступательное движение в московской политике закончилось.
Читать далее Москва: город или деревняВ середине девяностых мы с одним старинным другом оказались в Туле. Надо было фотографировать некоторые архитектурные достопримечательности. А у меня вдруг - раз! - и закончилась пленка (если кто забыл - ее в то время в фотоаппарат вставляли).
Друг в шоке: "Катастрофа! Солнце уходит! Завтра надо с утра в Москве быть! А рядом ни одного фотомагазина! Ни одного магазина "Культтовары"! (если кто забыл - в них торговали всякой электронно-канцелярской всячиной)"
Читать далее Фотопленка в булочнойМеня издавна занимал один вопрос: почему частный извоз - это практически единственная товар-услуга, где цену первый называет покупатель, а не продавец.
Представьте себе ситуацию: человек звонит в гостиницу, спрашивает, почем у них номера определенной категории, а ему в ответ: "Сколько дадите?"
Читать далее Частный извоз: сколько дадите?Эту историю мне рассказал в 1990 году журналист Александр Шундрин.
Он тогда был фанатичным русским монархистом. И обладал при этом ярко выраженной семитской внешностью и соответствующим, далеко не дворянским грассированием. И вот как-то раз в Москву приехал из Вильнюса другой фанатичный русский монархист, только литовец по национальности. В эпоху Горбачева много чего интересного существовало на территории СССР. Допустим, его звали Витаутас.
Читать далее КонспираторУ одного моего доброго приятеля есть наградные часы. Так что об этом феномене я знаю не понаслышке.
Собственно, для чего существуют награды? Для того, чтобы ими гордиться, естественно.
Взять, к примеру, орден. Он висит на человеке, и притом на самом видном месте. Другие люди смотрят - орден. Понимают - орден. Уважают.
Читать далее Наградные часы