Жизнь на гастролях

Жизнь на гастролях - казалось бы, что может быть хуже! Постоянные переезды, неудобные гостиницы, чужие люди, заспанные официанты, вороватые горничные, пережаренные котлеты - и вся эта атмосфера неустроенности, неуюта, когда начинаешь думать, для чего все это нужно! Ни денег никаких не хочется, ни славы, ни успеха. Хочется домой, в протопленную комнату, где любимые вещи лежат на привычных местах, а из окна открывается давно уж заученный вид.

Но не таков настоящий актер. Он во всем этом видит исключительно романтику.

Читать далее Жизнь на гастролях

Три эмиграции Марины Цветаевой

Для поэтессы Марины Цветаевой в принципе не существовало такого понятия как свалить. И не могло существовать. Да, она проживала в Москве, пусть и не в самом - по тогдашним меркам - но все же центре. Сама Цветаева могла бы сказать "в сердце". В Трехпрудном переулке, рядом с Патриаршими прудами. Но при этом заграница даже не окружала ее, а полноправно присутствовала в ее мире, была его частью.

Отец - Иван Цветаев, уважаемый профессор Московского университета, всю свою жизнь положил на создание Музея изобразительных искусств. Искусства имелись в виду заграничные - в первую очередь, античность. Где подворачивалась возможность - пытался разжиться подлинниками, где нет - заказывал копии. Из заграниц, соответственно, не вылезал, был с этими поездками, что называется, на ты. Однажды, например, не задекларировал машинку для стрижки газона. Не по какой-то там профессорской рассеянности, а нарочно. Рассеянность включил бы, если бы поймали. Но повезло - машинку не заметили.

Студенты называли его Johannes Zwetajeff.

Читать далее Три эмиграции Марины Цветаевой

Андрей Тарковский и его Дом

В Щипковском переулке

Тема Дома - сквозная в творчестве режиссера Андрея Тарковского. Он был одержим этой идеей, доводя ее подчас до откровенного абсурда. Станислав Лем, к примеру, упрекал Андрея Арсеньевича за экранизацию его романа "Солярис": "Тарковский слишком "заземлил" мою книгу… В конце появляется какая-то избушка на острове. Когда я об этом слышу, меня охватывает чудовищное раздражение".

Андрей Тарковский.

Но режиссер продолжал обращаться и обращаться к этой теме.

Читать далее Андрей Тарковский и его Дом

Обитель Салтычихи

У истока улицы Солянки, в глубине квартала, на слиянии улицы Забелина со Старосадским и Хохловским переулками находится Ивановский монастырь. 

Дата основания его, а также обстоятельства этого факта неизвестны. Принято считать, что монастырь основан был в 1530-е годы Еленой Глинской, матерью царя Ивана Грозного. Как раз в честь рождения своего сына.

Читать далее Обитель Салтычихи

Скопинский маньяк

Фильм Ксении Собчак про скопинского маньяка. Он очень правильно сделан. Маньяк госпожи Собчак (без слова "госпожи" мысль будет понята неверно) - вовсе не антигерой. И это очень грамотно, поскольку роль антигероя в сто раз притягательнее, чем героя. Тут же просто дядя ни о чем. И антураж такой же. И подвал. И его гадостное пиво.

Фильм даже не хочется досматривать. Его хочется выключить и больше не включать. А вместо этого сделать что-нибудь яркое. Широко раскрыть окно и громко крикнуть: "Тюрлюрлю!" Посадить дерево. Перечитать рассказ Леонида Пантелеева "Честное слово". Вылепить пластилиновую копию Рождественского бульвара, да пластилин взять поцветастее. Не важно, что именно сделать. Главное - как-то энергично дистанцироваться от того, что только что смотрел.

Фильм вышел и страшным, и скучным. Мне кажется, это удача.

Коненков, Маргарита и Эйнштейн

Эта история началась в 1916 году, когда в молодой скульптор Петр Бромирский показал своему старшему, уже прославившемуся товарищу Сергею Коненкову фотографию своей невесты, Маргариты Воронцовой. Коненкову в то время было сорок два, и он годился что Бромирскому, что Воронцовой в отцы. Естественно, у юноши и в мыслях не было, что Сергей Тимофеевич влюбится в фото. А он взял и влюбился.

Опытный ловелас, конечно, сразу, в этом не признался. Просто предложил несчастному Петюше познакомить его со своей невестушкой. Наивный Бромирский сам привел Маргариту в мастерскую к Коненкову. А того словно бес обуял. Он моментально заявил: "Поедем кутить! В "Стрельну!"" А им что? Ну, "Стрельна", так "Стрельна". Наоборот, хорошо. Не придется за ужин платить. Старикан угощает.

Читать далее Коненков, Маргарита и Эйнштейн

Старый Пимен

В Москве, в Воротниковском переулке некогда располагался храм Старого Пимена в Воротниках. Путеводитель "По Москве" издательства Сабашниковых сообщал в 1917 году: "Виднеется в глубине старинная шатровая колокольня церкви св. Пимена с двойной висячей аркой. Ее шатер уцелел от XVII в. и в очертаниях хранит некую расплывчатость. Самый храм с его куполом и колоннами, перестроенный в 1825 году, переносит нас совсем в иную эпоху - эпоху классицизма. Очертания храма немного тяжелы. Весь он как будто придавлен к земле. Несоответствие стилей колокольни и храма резко бросается в глаза. Церковь называется св. Пименом, что в Воротниках. В XVII в. эту местность заселяли воротники, т. е. сторожа у ворот Земляного города. Позже они выведены были в Сущево, где построен храм тоже во имя св; Пимена, называемый Новым Пименом".

Первый храм на этом месте выстроен был в 1493 году. Он, разумеется, был деревянным, а затем на этом месте появилась каменная церковь. 

Читать далее Старый Пимен

Ушаковская интрига

В Москве, на месте дома № 14 – 16 по нынешней улице Заморенова (бывшая Средняя Пресня) некогда стоял дом Ушаковых, в котором частым гостем бывал Пушкин.

Сын Н. Киселевой-Ушаковой вспоминал: "В доме Ушаковых Пушкин стал бывать с зимы 1826 - 1827 годов. Вскоре он сделался там своим человеком. Пушкин езжал к Ушаковым часто, иногда во время дня заезжал раза три. Бывало, рассуждая о Пушкине, старый выездной лакей Ушаковых, Иван Евсеев, говаривал, что сочинители все делают не по-людски: "Ну, что, прости господи, вчера он к мертвецам-то ездил? Ведь до рассвета прогулял на Ваганькове!" Это значило, что Ал. С-ч, уезжая вечером от Ушаковых, велел кучеру повернуть из ворот направо, и что на рассвете видели карету его возвращающеюся обратно по Пресне. Часто приезжал он верхом, и если случалось ему быть на белой лошади, то всегда вспоминал слова какой-то известной петербургской предсказательницы (которую посетил он вместе с актером Сосницким и другими молодыми людьми), что он умрет или от белой лошади, или от белокурого человека - из-за жены. Кстати, об этом предсказании Пушкин рассказывал, что, когда он был возвращен из ссылки и в первый раз увидел императора Николая, он подумал: "не это ли - тот белокурый человек, от которого зависит его судьба?" - Охотно беседовал Пушкин со старухой Ушаковой и часто просил ее диктовать ему известные ей русские народные песни и повторять их напевы. Еще более находил он удовольствия в обществе ее дочерей. Обе они были красавицы, отличались живым умом и чувством изящного".

Читать далее Ушаковская интрига

Клинический городок

Комплекс Первого московского государственного медицинского университета имени Сеченова. (Большая Пироговская улица, 2) сооружался на протяжении XIX - XX веков.

Первая лечебница открылась тут в 1887 году. Это была психиатрическая больница Московского университета. Здесь было несколько садиков - отдельно для спокойных и беспокойных мужчин и женщин. Имелись также огород и парники - в них пациенты занимались разведением цветов и овощей. 

Читать далее Клинический городок

Дело Ивана Сытина

На пересечении Пятницкой и Валовой улице сохранился своеобразный литературный памятник - Сытинская типография. Больше того, этот памятник - действующий. Правда, под новым именем - Первая Образцовая типография.

Николай Телешов так писал об открытии этого производства: "Близ этого же времени у Сытина было большое торжество, очень многолюдное, по случаю открытия вновь построенного фабричного корпуса и появления в нем, впервые в России, двухкрасочной ротационной машины - небывалого гиганта, выбрасывающего какое-то сказочное количество листов в час. Это невиданное доселе "чудовище", прибывшее из-за границы, стояло в нижнем этаже, а над ним, в верхнем помещении, в огромном зале будущей литографии, были накрыты столы для торжественного завтрака. По тогдашним обычаям, праздник начался с краткого молебна и соответствующего "слова" местного протопопа, который, помнится, говорил о печатном станке как о великой силе, могущей сеять в народе семена как добрые, так и лукавые; и чем могущественнее станок, тем больше может быть от него или зла, или добра, в зависимости от того духа - райского или адского, который успеет завладеть этой машиной (намек на "направление" издательства).

Читать далее Дело Ивана Сытина