В Ивантеевке, в начале Детского проезда стоит сказочная башенка с отверстием под ключ. Она была построена в 1906 году архитектором Львом Кекушевым, и поначалу использовалась как одна из опор для ворот. А за воротами (как раз там, где сегодня находится Детский проезд) располагалась постройки суконной фабрики Владимира Лыжина и дача владельца. Сооруженные все тем же Кекушевым.
Само же место называли Лыжиным двором.
Читать далее Ивантеевка: Лыжин дворСоветская булочная. Явно не районная, а нечто в центре города, в историческом здании.
"Штучный отдел" - тот, в котором товар не надо взвешивать. Соответственно, очередь продвигается быстрее. Здесь, правда, очереди не видно. Но продавщица тут явно (и абсолютно неумело) позирует. В нормальной жизни, снимая булочку с витрины, она будет смотреть именно на витрину. Да и булочку возьмет поближе, вот передней их целая гора. Соответственно, кадр постановочный, и очередь просто убрали.
Читать далее Советская булочная: штучный отделВ заголовке нет ошибки. Да, сочетание ананасов и шампанского первым делом вызывает в памяти знаменитую "Увертюру" Игоря Северянина:
Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском! Удивительно вкусно, искристо и остро! Весь я в чем-то норвежском! Весь я в чем-то испанском! Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо!
Но дело в том, что этот замечательный десерт показал Игорю Васильевичу именно Маяковский. В 1914 году, в Симферополе, во время Первой олимпиады футуристов, Маяковский окунул кусок ананаса в шампанское, а потом его съел. И посоветовал сделать то же самое Северянину:
Читать далее Владимир Маяковский: ананасы и шампанское7 июня 1901 года в Москве, в церкви Воздвижения Креста на Пометном вражке обвенчались писатель Антон Павлович Чехов и актриса Художественного театра Ольга Леонардовна Книппер. Незадолго до этого Чехов писал: "Ужасно почему-то боюсь венчания и поздравлений, и шампанского, которое нужно держать в руке и при этом неопределенно улыбаться".
Избежать самого таинства не удалось. Но избежали свадебных торжеств. Еще накануне родственники Чехова и Книппер получили приглашение на обед. В честь чего этот обед устраивают, им не сообщили.
Читать далее Свадьба ЧеховаПодъезд - черная дыра между двумя светлыми пространствами - двором и домом. Подъезд - городской негатив, днем здесь темнее, чем ночью. Если, конечно, лампочки не выкрутили. Подъезд таинственный, опасный, в нем всегда творится что-то страшное. Крысы, бандиты, гигантские пауки с полведра.
Но именно в подъезде совершаются первые шалости. Что может быть лучше для десятилетней барышни, чем связать веревкой ручки двух дверей напротив и позвонить в оба звонка? И затаиться в ожидании великолепного спектакля.
Читать далее Советские подъездыОт писателя Максима Горького подсознательно ждешь каких-то босяцких кулинарных пристрастий. Что-нибудь вроде луковицы с коркой черного хлеба. И совершенно напрасно.
Вообще, отождествлять писателя с его героями не совсем правильно. Притом, чем выше его мастерство, тем больше обычно бывает разрыв. А Горький - писатель довольно талантливый.
Читать далее Максим Горький: грибы и капустаВ июне 1927 года в Москве начался снос Красных ворот. Этот вопрос поднимался и раньше, в 1926 году. Но тогд решили памятник все же оставить. Одна из причин - на воротах прекрасно смотрелся портрет Ленина, недавно скончавшегося.
Больше того, ворота тщательно отреставрировали. Правда, при этом поменяли красный цвет на белый. В народе сразу же возник стишок:
Читать далее Красные ворота: неожиданный сносНа рубеже XIX-XX столетий у русской элиты началась мода на здоровый образ жизни. Гимнастика, английский бокс, особое питание. И, разумеется, велосипедные прогулки. К тому времени велосипеды как раз превратились из тяжелых и неповоротливых драндулетов в легких, стремительных красавцев на каучуковом ходу.
Драндулеты, впрочем, тоже в свое время привлекали обеспеченных господ. Но скорее как экзотика. Их называли костотрясами. Подобный костотряс купил себе в 1867 году в Париже Александр II. Одни только колеса чего стоили - деревянные, с деревянными же спицами и металлическими ободами. Шины на этих колесах отсутствовали.
Читать далее Велосипед и русская дореволюционная элитаТипичное советское кафе-стекляшка с типичным советским названием. Сколько их было, безликих и неразличимых. С абсолютно незапоминающимися именами: "Дружба", "Парус", "Турист", "Ветерок", "Встреча". Стандартный ассортимент: бульон с яйцом, яйцо под майонезом, бутерброд со шпротами, кофе с молоком, творог со сметаной, рыба под маринадом, яблочный компот.
И все таки было в них ощущение праздника, движения, выпадания из повседневности. Ели-то в основном дома или по месту работы-учебы. А если ты зашел в такое "Утро", и перед тобой бульон с яйцом - значит, этот день - особенный.
Лев Николаевич Толстой очень любил поесть. Мог за один раз осилить три десятка блинов.
Писал в 1882 году, в свои неполные 54 года: "Вчера после Агафьи Михайловны поел я капусты на ночь. И такой капусты, как у Марьи Афанасьевны, нет нигде на свете. Долго не мог заснуть, но спал хорошо. И нынче с удовольствием позанялся. Хотя мало, но толково, так что испытываю давно неиспытанное чувство, что заработал хлеб. A хлеб отличный - щи зеленые, солонина и опять капуста с квасом".
Читать далее Лев Толстой: кефир и сырники