От Сергиева Посада как-то вроде и не ждешь гимназии. И вообще так называемого светского образования. То ли дело семинария или духовная академия.
Действительно, и то, и другое там появилось довольно давно и играло в жизни города заметную, яркую роль. Сразу же после окончания войны с Наполеоном сюда перевели Московскую духовную (бывшую Славяно-Греко-Латинскую) академию. Ее поместили в одном из лучших зданий - в Царских палатах.
Читать далее Светская гимназия в монастырском посадеВ 2007 году в Богисоглебском переулке был торжественно открыт памятник Марины Ивановны Цветаевой работы скульптора Нины Матвеевой. Поэтесса, пригорюнившись, глядит на собственный музей, который расположен рядышком, через дорогу. Очень трогательно это смотрится.
Впрочем, уместнее здесь был бы памятник писателю Алексею Писемскому - ведь статуя Цветаевой стоит на месте дома Алексея Феофилактовича. Дом был не совсем обычным. С каждым крупным гонораром Писемский пристраивал к нему очередной небольшой флигель, который называл в честь того произведения, за который этот гонорар получен. Таким образом, там появлялись флигели "Финансовый гений", "Боярщина", "Взбаломученное море", "Люди сороковых годов" и так далее.
Читать далее Писемский и ЦветаеваКак-то их не особо любили. Обычно, насколько я помню, вдруг решали вести ЗОЖ, покупали эти хлопья, пару-тройку раз действительно ели на завтрак, потом как-то про них забывали. Переходили на более привычные завтраки - яичница с салом и помидорами, бутерброды с колбасыром, сардельки, ошпаренные кипятком. Потом вспоминали, заглядывали в эту коробочку, несколько секунд любовались шевелением мелких жучков. Радостно выдыхали и выбрасывали.
Гиляровский писал: "Кислые щи - напиток, который так газирован, что его приходилось закупоривать в шампанки, а то всякую бутылку разорвет".
И живо представляется, как открывают эту самую бутылку, и оттуда на свободу вырываются листья капусты, маленькие кустики вареного укропа, жирные куски свинины, и все это повисает на обоях, на одежде, долго потом будет падать с потолка.
Читать далее Бутылка кислых щейДом помещика Павла Пузан-Пузыревского - одна из первейших вологодских достопримечательностей. Его построили в 1838 году, а спустя тридцать лет перестроили. Сегодня это - деревянный особняк, но с четырехколонным портиком. Для Вологды не такая уж и редкость, но на людей неподготовленных производит впечатление.
Павел Дмитриевич был фигурой известной. Родился он на рубеже XVIII и XIX столетий. В четырнадцатилетнем возрасте зачислен в Белозерский пехотный полк, но уже в 1828 году отставлен по домашним обстоятельствам. С тех пор это известный городской чиновник - статский советник, дворянский заседатель, а затем и председатель Вологодской палаты гражданского суда.
Читать далее Призрак Пузан-ПузыревскогоВ 1892 году скончался Сергей Третьяков, младший брат знаменитого коллекционера Павла Третьякова. После чего к галерее старшего брата присоединили небольшое собрание младшего (75 работ европейских художников и несколько русских), назвали получившуюся галерею имени обоих Третьяковых и передали в дар Москве.
Многие думают, что это просто благородный жест Павла Михайловича. Но это далеко не так. Сергей еще при жизни уделял внимание не только собственным картинам, но и галерее брата Павла.
Читать далее Младший брат ТретьяковФранцузский деревенский торт: как его видит болгарский кондитер, ни разу в жизни не побывавший ни в деревне, ни во Франции.
В центре города Тулы, у самой кремлевской стены стоит скромненький домик с колоннами. Его архитектурные достоинства несомненны, но гораздо интереснее другое. История этого здания удивительнейшим образом отражает историю всей страны.
В XIX веке здесь стояла гауптвахта. Затем ее перенесли в Кремль (видимо, решив, что за двойными стенами держать арестантов надежнее). А в 1912 году, в преддверии 300-летия царствующего дома Романовых, тульский городской архитектор Владимир Сироткин выстроил дом с колоннами. Пять тысяч рублей взяли из городской казны, а еще тридцать - "из специального капитала на сей предмет".
Читать далее Дом в ногу с эпохойКонсерватор Берлинской библиотеки Иоганн Эрих Бистер, побывав в конце XVIII века в Варшаве, отметил: "Три важных продукта в Польше превосходны: хлеб, вино и кофе".
После чего совершенно непатриотически признался: "Хороший крепкий кофе называют здесь и даже в соседних странах польским, а слабый - немецким".
Читать далее Кофейная столица Российской империиСреди старого русского купечества было заведено по достижении определенных успехов переселяться в Москву. В одном городе предприниматель занимался бизнесом, а в другом наслаждался его результатами. Таким был, например, пермский чаеторговец Алексей Губкин. Он родился в Кунгуре, и в 24 года открыл свое дело - обменивал кожаные кунгурские изделия на китайский чай. Затем начал скупать в Китае чайные плантации, стал снабжать чаем всю Россию. В общем, здорово поднялся.
Одновременно занимался и благотворительностью - взял себе за правило жертвовать копейку с каждого заработанного рубля. Открыл "Елизаветинский Дом призрения бедных детей в Кунгуре", Кунгурское техническое училище, давал деньги на храмы. А в 66 лет переехал в Москву, в собственный дом на Рождественском бульваре.
Читать далее Страшное происшествие у дома Губкиных