Свиная башка господина Белова

Не многие гастрономические магазины попадали в русскую поэзию. Слишком невозвышенная тема. Таким счастливчиком - в одном ряду с Елисеевским и Филипповской булочной - был магазин Белова. Николай Полянский писал: 

Магазин Белова.
Читать далее Свиная башка господина Белова

Поставить прививку

Совсем, казалось бы, недавно, кипели страсти вокруг слова "кушать". Сейчас это "кушать" всем пофигу, бьются уже за другое - можно ли говорить "поставить прививку".

Стремительный город

С Москвой я познакомился, когда учился в институте. Он находился между "Войковской" и "Соколом", и уже в первые несколько месяцев я знал те места в совершенстве. Я был любознательным, в том возрасте это - достоинство.

Мы с приятелями-однокурсниками знали все книжные, все аптеки (аскорбинка и гематоген - первейшие друзья студентов того времени), все кафе и столовые, даже все магазины одежды и обуви. Одежда ведь тоже нужна, без нее никуда. А впрочем, нам даже не важно было, что там продают. Институт был технический, мужской, а в магазинах за прилавками стояли девушки.

Читать далее Стремительный город

Тургеневская площадь. Накануне революции

За стенами Училища живописи, ваяния и зодчества бурлила жизнь. Скульптор Волнухин в своей вечно грязной каморке что-то набрасывал на покосившийся этюдник. Студенты-первокурсники в большой аудитории, в восторге от собственной важности, писали нагую натурщицу. В двери другой аудитории врывался пьяненький Саврасов, звал студентов на пленэры, на раздолье, вон из прокуренных классов. На широком подоконнике отцовской служебной квартиры лежал молодой Пастернак - глядел свысока на Мясницкую, сочинял свои первые строфы.

Рядом - совсем чуть-чуть пройти Бобровым переулком - возвышалась крепость Страхового общества "Россия". Там, в дорогих и респектабельных квартирах шла совсем другая жизнь. Неслышная прислуга в мягких туфлях смахивала специальной кисточкой невидимую пыль. В гостиной за роялем музицировала барыня-хозяйка, разучивала свежий опус господина Скрябина. Над другой новинкой - повестью госпожи Чарской - в детской спальне проливала слезы ее дочь-подросток. Суета в столовой предвещала скорое возвращение со службы самого главы семейства, модного адвоката или же инженера-путейца. Расставляли рюмки, терли серебро.

Читать далее Тургеневская площадь. Накануне революции

Головокружительный успех Иосифа Бродского

Иосиф Бродский прожил удивительно насыщенную жизнь. Рядом с судьбой этого стихотворца бледнеют и меркнут судьбы великих полководцев, мореплавателей и правителей. Родился он в советском Ленинграде, в раннем детстве пережил блокаду, в школе был второгодником, работал на заводе фрезеровщиком, помощником прозектора в морге, истопником в котельной и матросом на маяке. Начал писать стихи, которые заинтересовали не только любителей литературы, но и "товарищей майоров".

Будучи в Самарканде, всерьез думал угнать самолет, даже подговорил своего друга-летчика. Но не угнал. Бывал и в Москве - гостил у Ардовых, на улице Большой Ордынке. Ходил дворами в легендарную шашлычную на Пятницкой, 14. Лежал в психиатрической больнице имени Кащенко.

Читать далее Головокружительный успех Иосифа Бродского

Дача под наем

Самым популярным местом среди москвичей был, разумеется, Петровский парк. Дачи там были дороги, притом платили в основном за бренд. Газета "Вечерний курьер" в 1916 году сообщала: "Около так называемого круга, где приютилась "Мавритания" (популярный загородный ресторан - А.М.), - фешенебельные дачи богачей и удачливых хористок из цыганских хоров. Но зато чуть подальше идет Старое Зыково, Коптево, Кондратьевка и прочие милые места, где собственно и находят летнее отдохновение средней руки москвичи. Тут вместо мостовой - то трясина, то каменные ухабы; вместо освещения - фонари, которые горят неизвестно когда; вместо стражи - табуны бездомных псов.

Дачи холодные, неремонтируемые, очевидно, никогда, a цены на них убийственные. Зелено, собственно, в одном Большом Коптевском проезде; но зато посмотрели бы вы, в чем купаются здесь в жаркую пору изящные дачницы! В черной луже, полной пиявок и головастиков, рядом с необузданными хулиганами, этим бичом Петровского парка".

Читать далее Дача под наем

Миссионерская обитель

За Таганской площадью находится несколько монастырей. Ближайший - всего лишь в одном километре. Он называется Покровский на Убогом дому.

Трудно найти что-либо более миссионерское по своему характеру, чем монастырь. Трудно найти в Москве более миссионерский монастырь, чем монастырь Покровский. 

О существовании его практически никто не знает. Разве что слышали о небольшом кинотеатрике "Зенит", стоявшем на Таганской улице, почти у Абельмановской заставы. А рядом с ним - действительно какие-то как будто монастырские постройки, внутри которых - нечто вроде парка. 

Читать далее Миссионерская обитель

Сахарная голова

Именно так и выглядела старая добрая сахарная голова. Не в форме головы, а в форме конуса. А в нижней части этот белоснежный конус был обернут бумагой - из гигиенических соображений, чтобы не хвататься руками за сахар.

Рисунок сахарной головы.